Моя новая старая грудь

Когда женщине удаляют молочную железу, это может стать настоящей трагедией. Не всем под силу выдержать столь тяжелое испытание. Но современные хирурги научились восстанавливать эту прекрасную часть тела настолько искусно, что только опытный специалист отличит ее от настоящей.
Ирина Бадюк прошла героический путь от диагноза «рак молочной железы» и удаления груди до ее полного восстановления. Результаты всех оперативных вмешательств она фиксировала на фотокамеру. Ирина поделилась с журналом ИПХиК своими снимками и рассказала о том, как это было.

Первые испытания

В апреле 2020 года я нащупала в левой груди под соском уплотнение и сразу почувствовала, что оно нехорошее. Затем по радио услышала, что в поликлиниках Москвы проводится онкоскрининг для женщин. В августе я сделала маммографию и получила ответ: «Все хорошо! Приходите через два года». Я сказала врачу, что у меня шишка в груди, надо сделать УЗИ молочной железы, но мне отказали.
На УЗИ я попала только через два месяца, где подтвердили, что есть образование с кровотоком. Меня направили в ГКБ № 57 им. Плетнева, там сделали биопсию и поставили диагноз – злокачественное новообразование центральной части молочной железы. Мне было 42 года.
В декабре 2020 года я прошла радикальную мастэктомию по Маддену с перевязкой лимфатических сосудов подмышечно-подключично-подлопаточной области с удалением 29 чистых лимфоузлов. T1N0M0, первая стадия, второй класс группы, инфильтрующий протоковый рак, G2. После выписки онкоконсилиум назначил ежедневный прием Тамоксифена в течение 5–10 лет и укол Золадекса 1 раз в месяц.

Более полугода я принимала препараты и поняла, что от них больше вреда, чем пользы. От побочных явлений был сильный дискомфорт: искусственный климакс, каждые полчаса приливы, от которых льет пот и днем, и ночью. В первый же месяц я поправилась на 12 кг. Голова кружилась, состояние полуобморочное, я потеряла обоняние. Анализы крови – как после тяжелой химии, от тела шел невыносимый запах. Я решила, что лучше уж прожить столько, сколько осталось, но без побочек от лечения.

Выход есть!

Незадолго до постановки диагноза я прочитала пост известного блогера, которой сделали пластическую операцию. Она благодарила Дмитрия Владимировича Мельникова. Я подписалась на его канал и увидела, что он выполняет не только эстетические операции, но и реконструкцию молочной железы.

Я решила записаться к нему на консультацию. В то время он работал в «Семейной клинике». Приехала, но охранник меня даже на порог не пустил и с ухмылкой сказал: «Ты к нему не попадешь, даже не думай».

Вскоре Дмитрий Владимирович перешел работать в ИПХиК на улице Ольховской. Контакт доктора мне не удалось получить. Но через неделю я снова приехала и увидела вывеску «Ланцетъ». Оставила заявку, после чего мне дали контакт Эльмиры, администратора доктора. На протяжении всех пяти лет от начала и до конца моей реконструкции она была со мной на связи.

Эльмира сказала, что к Мельникову записываются на год вперед. У многих потенциальных пациентов есть вопрос, как гарантированно попасть к доктору. Надо просто определить дату и время. Тогда тебя внесут в лист ожидания. Я так и сделала, в итоге мне назначили консультацию на 9 декабря 2021 года. Предстояло девять месяцев ожидания.

Тем временем я изучала канал Дмитрия Владимировича, где он рекомендовал своих учеников и подчеркивал, что всегда будет рядом. Я решила записаться на март 2021 года к Дарье Константиновне Прудниковой. На консультации она описала все варианты реконструкции моей груди и посоветовала экспандер для растяжки кожи. Операция прошла в июле 2021 года совместно с Виталием Юрьевичем Продановым. Мне успешно установили экспандер Mentor 750 mm. Затем в течение полугода раз в неделю я ездила в «Ланцетъ» на подкачку.

Меж тем подходило время консультации у Мельникова. Но за три дня до заветной даты у меня случился паралич Белла. В таком виде я и пришла к доктору: лицо перекошено, едва могу говорить, язык частично парализован, и без груди. Боялась, что из-за паралича он меня не возьмет. К тому же я весила под 90 кг и курила.

А Дарья Константиновна на последней подкачке меня предупреждала, что он не берет курящих.

В эти дни как раз Мельников выложил пост о том, почему приходится отказывать курящим и полным. Я тут же и бросила. И дала честное слово, что навсегда!
Дмитрий Владимирович назначил мне второй этап реконструкции DIEAP-лоскутом на июль 2022 года. Попросил похудеть. Но при гормональном лечении не то что похудеть, не потолстеть бы еще больше. Я старалась, ходила в бассейн и баню 1–2 раза в неделю. В итоге сбросила 5 кг.

Поэтапная реконструкция

25 июля 2022 года в течение восьми часов надо мной трудилась целая команда реконструктивного центра во главе с доктором Мельниковым: Семен Ильич Иванов, Ульяна Афанасьевна Готовцева, Елизавета Руслановна Зарицкая. Выполнена отсроченная реконструкция левой молочной железы кожно-жировым DIEAP-лоскутом с использованием микрохирургической техники, а также Т-образная мастопексия с правой стороны. После операции я себя чувствовала очень хорошо. До ночи меня контролировал Семен Ильич Иванов, я была в надежных руках.

Бонусом к этой операции обычно идет абдоминопластика, так как кожу берут с живота. Но моего хватило бы и на две груди. Поэтому на май 2023 года Семен Ильич запланировал третий этап операций. Мне сделали коррекцию DIEAP-лоскута с левой стороны, липосакцию спины, фланков, передней брюшной стенки.

Очнувшись после операции, я увидела в палате доктора Иванова. Он сказал: «Я все сделал, и сделал хорошо». Это было приятно слышать. Но за один раз нельзя выполнить липосакцию в большом объеме, и я продолжила свой путь.

Снова пришла на осмотр к Мельникову. Он всегда спрашивает, что нравится, что нет. Выслушивает пожелания пациента и отвечает: «Все сделаем». А у меня живот как у свиньи из мультфильма «Ну, погоди!» Весь в складках. Я так и сказала. Мы вместе посмеялись.

В мае 2024 года доктор Иванов продолжил совершенствовать мое тело. Мне сделали: липосакцию передней брюшной стенки, надлобковой области, внутренней поверхности бедер, коррекцию рубца в области брюшной стенки, липофилинг правой молочной железы и верхнюю блефаропластику.

Все прошло отлично, но после липосакции надо месяц носить послеоперационное компрессионное белье. А на дворе – лето и жара. Это мне непросто далось, но все быстро зажило.

Но и это еще не все!

А напоследок – татуаж

В сентябре 2024 года в клинике «Ланцетъ» врачи Проданов и Зарицкая выполнили на восстановленной груди сосково-ареолярный комплекс.

Ровно через год я пришла к Елизавете Руслановне удалить родинки. В холле нового корпуса клиники я встретила ее и Виталия Юрьевича, они спросили меня, как дела. Я ответила, что осталось сделать татуаж соска. Они в один голос сказали, что Дмитрий Владимирович взял на работу мастера по татуажу Викторию Уколову, и я к ней записалась. В стенах «Ланцета», ставшими уже родными, мне сделали еще и 3D-татуаж сосково-ареолярного комплекса. Это ли не чудо?

Вот такой непростой пятилетний путь я прошла от начала до конца в реконструктивном центре. Благодарю от всей души всех докторов, операционных, постовых медсестер, анестезиологов, администраторов, абсолютно всех сотрудников отделения и, конечно, свою семью и коллег по работе!

Вообще призвание, цель пластических хирургов – не просто заниматься красотой, а действительно восстанавливать качество жизни, возвращать уверенность в себе, дарить возможность чувствовать себя полноценной и по-настоящему выздоровевшей. Это не только про внешний результат, но и про внутреннее состояние пациентки, про ее восприятие себя и своего тела. Конечно, такие женщины заслуживают невероятного уважения за тот путь, который им приходится пройти. Они по-своему очень особенные и невероятно благодарные.